Письмо Редактора

• Комментарии
• Отправить Другу
• Печать

Эпоха Ельцина: мнение иностранки о российской «нефтянке»

Пэт Дэвис Шимчак

В конце 1990-х зарубежные корреспонденты в Москве нередко жаловались, что Россия - не лучшее место для журналистской карьеры. Как заметил тогда один из американских журналистов: «Редакторам в Нью-Йорке нет дела до России. Они выпустят материал только в том случае, если речь в нем пойдет о космической станции ЧМир" или о кончине Ельцина». Еще один типичный вопрос, который нередко задавали мне американские редакторы: «Как вы думаете, возможен возврат России к коммунистическому режиму?»

Это было лет десять назад, и вот на этой неделе, 22 апреля 2007 года, мы узнали, что Борис Ельцин скончался. Я по-прежнему занимаюсь журналистикой, но теперь уже в качестве главного редактора журнала, посвященного нефтегазовым технологиям. Зачем писать об этом печальном событии? Смерть бывшего главы государства, который уже восемь лет как ушел в отставку - тема для средств массовой информации, а не для отраслевого издания. Но мне вдруг вспомнилось, как начинался мой собственный "роман" с Россией в 90-х годах прошлого века.

Когда в августе 1991 года Борис Ельцин заставил трепетать организаторов переворота, выступая с пламенной речью на танке у стен российского «Белого дома» (бывшее здание Верховного Совета РСФСР), еще и в помине не было тех российских нефтегазовых компаний, с которыми мы сотрудничаем сегодня. Не было «ЛУКОЙЛа» - вместо него действовали три производственных объединения: «Лангепаснефтегаз», занимавшееся освоением одноименного месторождения, «Урайнефтегаз» и «Когалымнефтегаз». На месторождениях работали сотни небольших нефтедобывающих предприятий, а их обслуживание было сосредоточено в руках Министерства нефтяной промышленности СССР. «Газпрома» тоже не было - его функции выполняло Министерство газовой промышленности СССР.

Выступление Ельцина я наблюдала по телевизору во время пикника во дворе одного из домов в украинском квартале Чикаго. Так что корреспондент Chicago Tribune с польской фамилией (ваша покорная слуга) и представители украинской диаспоры наслаждались пивом с гамбургерами и уходящим летом под крики: «Ельцин, Ельцин, Ельцин!». Эмоции в те дни были накалены до предела.

Два года спустя я уже жила в Москве и редактировала статьи на английском для журнала Russian Petroleum Investor. RPI стало первым в мире англоязычным изданием, публикуемым в России, которое пыталось рассказать о постсоветской России мировому нефтегазовому сообществу. Вы не поверите, но даже специалисты-«россиеведы» вроде меня, закончившие американские университеты, ничего не знали о доминирующей роли России в нефтегазовой отрасли. Страна с крупнейшими в мире запасами газа и вторыми по величине, после членов ОПЕК, запасами нефти, делала первые шаги на мировом рынке, а иностранцы искренне верили, что Сибирь - это один сплошной ГУЛАГ!

Говоря о наследии Ельцина, я полагаю, неправильно трактовать его в черно-белых тонах, как это было показано вчера по CNN. Российскую молодежь, которая наслаждается свободой, активно путешествует и делает карьеру в коммерческих фирмах, нередко возмущает тот факт, что международный авторитет России резко упал в период правления Ельцина. Юрист моей фирмы - успешный молодой человек, отлично владеющий английским - на мой вопрос, слышал ли он новости о том, что умер Ельцин, ответил так: «А какое мне до этого дело? Он был жуликом». Правда это или нет, но покажите мне главу любого государства, который был бы абсолютно чист.

С тех пор, как Ельцин поднялся на танк, в стране возникли десятки вертикально-интегрированных компаний, и некоторые из них по своим масштабам сравнялись с крупнейшими международными корпорациями. Не спорю, что зародившаяся в ту пору группа олигархов, стоявших у основания самых первых компаний, представляла собой обычных авантюристов с хорошими связями. Но, увы, так устроен мир, и в этом Россия не одинока. Из хаоса, царившего в годы правления Ельцина, получилась некая «сборная солянка», ингредиенты которой уже невозможно вернуть в исходное состояние. Даже сегодня, когда налицо стремление власти создать государственные нефтяные компании для контроля над крупнейшими запасами энергоносителей, остается немало российских компаний мирового уровня с частным капиталом, таких как «ЛУКОЙЛ». Кроме того, появляются малые и средние предприятия, занятые в сфере услуг и поставок - до прихода Ельцина к власти эта область также курировалась одним министерством.

Поэтому, как бы вы не относились к 1990-м, события, происходившие в то время, заложили основу сегодняшнего динамичного продвижения России на мировых энергетических рынках. В связи с этим, хочу привлечь ваше внимание к главной теме номера - статье о Российском государственном университете нефти и газа имени И.М. Губкина (в среде студентов известному  как «керосинка»). Борис Ельцин стал частью истории, а те, кто находится у власти сегодня, готовят для себя место в ее анналах. Если вам интересно, что ждет нас в будущем, университет имени Губкина - именно то место, где это будущее куется с истинным вдохновением. Желаю вам приятного чтения!

• Комментарии
• Отправить Другу
• Печать