Туркменистан разделяет заветную долю «Газпрома» на рынках Китая и Индии Новый источник поставок может обеспечить жизнеспособность проекта Транскаспийского трубопровода

• Другие статьи автора
• Комментарии
• Отправить Другу
• Печать

Добавить закладку!

   Тем не менее, Туркменистан показал, что он не испытывает особенного беспокойства в связи со своей готовностью отодвинуть на второй план своего бывшего господина, пытаясь отвоевать у России её лакомые экспортные рынки, как нынешние, так и перспективные.

   Своими колоссальными запасами газа Ашхабад продолжает дразнить аппетит Европы, которая стремится избавиться от своей зависимости от российских энергоносителей. Он смело наращивает объемы экспорта газа в Китай, являющийся сегодня крупнейшим мировым потребителем энергии, который Газпром, в свою очередь, вот уже многие годы пытается завоевать. При этом Туркменистан также нацеливается и на быстро развивающийся газовый рынок Индии, на который устремляет свои взоры и Россия.

   «Это – соперничество»,  – говорит Валерий Нестеров, старший  аналитик по энергетике инвестиционной компании «Тройка Диалог». – И оно будет становиться всё более напряженным, особенно, в будущем. Это неизбежно. Взаимоотношения между рынком в его развитии и субъектам энергетического рынка находится в состоянии постоянного движения... Условия для увеличения Россией своего экспорта становятся всё более жесткими, поскольку на газовом рынке появляются новые игроки, такие как Туркменистан».

   Как показывает недавнее газовое соглашение между Туркменистаном и Китаем, Москва зачастую оказывается бессильной дать соответствующий ответ. 23 ноября туркменский Президент Гурбангулы Бердымухаммедов подписал с Председателем КНР Ху Цзиньтао договор об увеличение объема поставок газа по сравнению с нынешним соглашением. Согласно новому договору поставки туркменского газа в Китай достигнут уровня 65 млрд  м3 газа в год «в ближайшем будущем». Это новое соглашение Туркменистана является очередным вызовом на фоне продолжающихся переговоров России с Китаем по экспорту российского газа (68 млрд м3 в год, согласно сделанным в октябре заявлениям российских официальных лиц), которые тормозятся из-за отсутствия договоренности о цене.

Подрыв позиции России по отношению к Китаю

   «Газпром отреагировал на эту сделку с “озабоченностью”»,  – говорит старший  аналитик по нефтегазовой отрасли инвестиционной компании «УРАЛСИБ Кэпитал» Александр Кокин. По оценкам Кокина, к 2020 году потребность Китая в газе возрастет до 150 млрд м3, при этом частично она будет удовлетворяться за счет поставок СПГ из Мьянмы. «Речь идёт лишь о том, как именно поделят между собой оставшуюся часть этого рынка Россия и Туркменистан», – говорит Кокин. «Совершенно понятно, что чем больше газа будет поставлять Туркменистан, тем меньше будет потребность в российском газе. Но самое важное – это то, что данная сделка ослабляет позиции России в её переговорах с Китаем, поскольку она уже не сможет диктовать ему свои условия, и ей придётся снизить цену на свой газ».

   Туркменско-российское соглашение было заключено спустя буквально несколько дней после того, как Москва начала войну слов в связи с растущими туркменскими газовыми амбициями, которые получили дополнительное подкрепление в результате проведения аудита фирмой Gaffney, Cline & Associates, которая признала туркменское газовое месторождение Южный Елотен вторым крупнейшим в мире. По оценкам этой британской консалтинговой фирмы запасы этого расположенного в 350 километрах к юго-востоку от Ашхабада газового месторождения насчитывают от 13 до 21 трлн м3 газа.

   В интервью, данном российскому государственному телеканалу «Вести 24», заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Медведев назвал эти заявления чепухой, сказав, что они противоречат результатам геологических исследований, проводившихся во времена Советского Союза. Эти комментарии, ставящие под сомнение реальные запасы природного газа в Туркменистане, эксплуатируют одну из его самых больших слабостей, а именно, отсутствие открытого доступа к информации об этой изолированной от окружающего мира  центрально-азиатской диктатуре. Александр Рар, директор исследовательских программ центра им. Бертольда Бейтца по изучению России, Украины, Белоруссии и Центральной Азии говорит, что главной стоящей перед Туркменистаном проблемой является то, что он является “настолько закрытым”,  что иностранные инвесторы зачастую не решаются рисковать заниматься бизнесом в этом авторитарном полицейском государстве.

   В ответ на российские заявления Министерство иностранных дел Туркменистана в жесткой манере обвинило Россию в «неуклюжих попытках исказить действительность» со стороны Газпрома. А последовавшее за этим газовое соглашение с Китаем носило уже оттенок вызова, притом, что, по мнению ряда аналитиков, у Москвы не так уж много способов противодействовать Туркменистану. «Россия, конечно же, попытается воздействовать на эту ситуацию, однако остается неясным, какими рычагами воздействия на Туркменистан она обладает», – говорит Кокин. «Её главным рычагом может быть транзитный трубопровод [туркменского газа в Европу через территорию России], но она никогда не пойдёт на прямолинейное отключение доступа к российским транзитным сетям, поскольку это явно означало бы переступить черту того, что является дозволенным на рынках».

Транскаспийский скептицизм

   Между тем установление аудитом колоссальных нетронутых запасов газа в Туркменистане вызвало целый ряд заявлений со стороны официальных лиц, вновь  выразивших свои надежды на то, что их страна сможет принять участие в сооружении Транскаспийского газопровода, который мог бы перекачивать до 30 млрд м3 туркменского газа в Европу, в обход России. Подводный трубопровод является ключевым звеном в осуществлении мечты Европейского Союза получать газ для своих потребителей из Центральной Азии по магистральному трубопроводу «Набукко», который является анафемой для России. В минувшем сентябре ЕС попытался ускорить медленное продвижение идеи европейского трубопровода, когда он потребовал от Европейской комиссии договориться о заключении юридически обязательного договора между ЕС, Азербайджаном и Туркменистаном о сооружении Транскаспийского трубопровода.

    Президент Дмитрий Медведев высказался против строительства трубопровода по дну Каспийского моря, заявив, что он будет незаконным, если на это не дадут своего согласия все пять прибрежных государств - Иран, Азербайджан, Казахстан, Туркменистан и Россия. В интервью с азербайджанским новостным агентством, президент Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов даже высказал предположение, что Туркменистан может столкнуться с военным противодействием со стороны России, если он будет чрезмерно упорствовать со строительством этого трубопровода.

   Однако, как говорят аналитики, у этого трубопровода и без того хватает трудностей. Причём, одной из наиболее серьезных является отсутствие официального международного признания статуса Каспийского моря, которое блокируется Ираном и Россией, которые решительно выступают против Транскаспийского трубопровода «Восток-Запад». Туркменистан заявляет, что он может обойти эту проблему, объединив свои усилия с Азербайджаном. Однако Нестеров сомневается в наличии у Баку политической воли к осуществлению этого проекта и говорит, что тот может предпочесть поддержать менее масштабные региональные трубопроводные проекты, носящие менее политизированный характер. Он также отметил наличие проблем, связанных с уменьшением аппетита у Турции к потреблению природного газа после строительства своих собственных двух атомных электростанций, а также нежелание и самой Европы финансировать столь амбициозный проект на пике кризиса в странах зоны евро.

Политический победитель в энергетической головоломке

   На фоне этого гордиева узла проблем сам Нестеров настроен весьма скептически относительно перспектив строительства Транскаспийского газопровода в ближайшем будущем. Однако многие другие прочат туркменской стороне  политическую победу в этом споре. Один бывший попросивший остаться неназванным туркменский чиновник из энергетической отрасли говорит, что Туркменистан разыгрывает многоходовую «политическую игру», в которой он с одной стороны стремится противопоставить друг другу Китай, Россию и Европейский Союз к своей собственной выгоде, а с  другой стороны - усилить свой авторитарный режим у себя в стране. 

   «Игра, которую пытается вести Туркменистан, вполне логична», – говорит Рар. «Естественно, они хотят получить всё от всех. Их геополитическое положение, с одной стороны, довольно затруднительно, поскольку эта страна не имеет собственного выхода к морю, и соответственно, зависит от других стран в плане транзита и доставки своих энергоносителей. А с другой стороны, у неё есть всё то, в чём нуждаются другие страны, а, следовательно – и отличное положение для ведения переговоров».

Новая стратегия?

   Для Газпрома появление новых крупных игроков, конкурирующих за свою долю газового рынка, означает, что российскому гиганту придётся менять стратегию, чтобы освободиться от своей зависимости от импортёров газа. Необходимость в этом еще более усиливается в связи с тем обстоятельством, что российско-китайское соглашение всё откладывается, хотя оно и может в конце концов быть утверждено. «Судя по очевидному отсутствию какого-либо прогресса в вопросе цены на газ, похоже, что Пекин особенно не торопится подписывать какие-либо газовые контракты с Газпромом»», – говорится в аналитической записке французского банка «Сосьете Женераль», опубликованной 8 декабря. Притом, что европейский рынок сейчас обеспечивает 80 % российских экспортных газовых поступлений, Нестеров полагает, что российский газовый гигант может попытаться высвободиться из своей еврозависимости. «В последующие годы Газпрому придётся уделять большее внимание развитию экспорта сжиженного природного газа, чтобы наверстать упущенное время и занять на мировом рынке нишу, которую он считает достойной себя, а в процессе этого освободиться от своей зависимости от импортёров российского газа», – говорит Нестеров.   

Источник: IEA, World Energy Outlook 2011

Добавить закладку!

• Другие статьи автора
• Комментарии
• Отправить Другу
• Печать